День 10. Монумент Бузлуджа

Основным пунктом сегодняшней программы был монумент Бузлуджа, он же Дом-памятник Болгарской Коммунистической Партии. Возведённый в 1981 и заброшенный в 1989, он напоминает гигантскую летающую тарелку, примостившуюся на верхушке горы. Как точно подметил кто-то на Реддите, он расположен настолько далеко от всего, насколько это вообще возможно в Болгарии – и, наверное, только эта уединённость и спасла его от полного разрушения.

Проход внутрь монумента запрещён, и пользователи на проштудированных мной urban exploration форумах писали, что с недавних пор в прилегающей будке дежурит охрана, а внутри установили камеры, так что соваться туда бесполезно. И по хорошей причине: какая-то НКО собрала-таки денег на восстановление здания, и внутри уже вроде как даже начались работы по сохранению многочисленных мозаичных панно. Мы, конечно, немного (много) опечалилась, но решили посмотреть на эту диковинку хотя бы снаружи.

Добравшись до монумента, как положено, автостопом (в этот раз – с болгарской семьёй очень общительной учительницы детского сада, сильно напоминавшей Иванову), мы пару раз обошли его вокруг, повосхищались масштабом мысли архитектора, пообщались с найденными там же немцами (куда же без них), и – обнаружили дыру в фанере, закрывающей окно первого этажа. Невинно пройдясь мимо парковки (где стояла только машина наших новых баварских знакомых) и мимо охранной будки (с окнами, занавешенными изнутри одеялами), мы пришли к единственно здравому заключению в подобной ситуации, и уже через пару минут стояли в главном зале полуразрушенного здания.

Масштаб увиденного, конечно, даже близко не передать на фотографии. Огромный купол, от которого остался только металлический каркас с потемневшими серпом и молотом посередине; амфитеатром спускающиеся к центру бетонные скамьи, когда-то обшитые, должно быть, дорогим деревом или бархатом; возвышающаяся справа серая башня с выбитой красной звездой; и – свободно гуляющий среди всего этого чистый горный ветер. За зелёными защитными экранами притаились чудесные мозаики, опоясывающие весь зал – в одном месте мы и в самом деле обнаружили уже размеченный для реставрации участок и оставленные мастерами инструменты и материалы. Снаружи главный зал опоясывала терраса, с которой открывался совершенно потрясающий вид на окружающие горы. Мы обошли её кругом, вернулись в главный зал и, решив не испытывать больше судьбу, выбрались наружу тем же путём, каким попали внутрь – через дыру в фанере.

Всё то время, что мы провели внутри, я не могла перестать представлять себе, как же всё это могло выглядеть раньше, во времена былой славы. Такая жалость, что это здание прослужило всего восемь лет, и ещё большая жалость, что болгарское правительство предпочитает закрыть глаза на своё советское прошлое, дождаться, пока памятники архитектуры сравняют с землёй люди и время. А ведь здания-то эти ни в чём не виноваты – их эстетическая и культурная ценность, творческий гений и тяжкий труд их создателей заслужили лучшего отношения, чем это лицемерное отрицание их существования. НКО, занимающееся восстановлением Бузлуджи, как оказалось, открыло для неё собственный сайт, на котором в разделе архива можно увидеть, как она выглядела прежде: https://buzludzha-project.com/history/ . Надеюсь, им удастся вернуть ей прежний вид.

После Бузлуджи мы добрались до Шипки, где взобрались на ещё одну гору к другому монументу – совершенно не впечатляющему после гигантского футуристического НЛО – и продолжили движение к нашему конечному пункту: селу Леденик возле Велико Тарново, где мне предстояло впервые в жизни опробовать каучсёрфинг. С учётом того, что почти каждый день нас подбирали на дорогах какие-то удивительные люди, этот день выдался совсем уж богатым на автостопные впечатления: сначала, возле Шипки, нас подобрала машина с тремя молодыми парнями, которые проехали мимо нас, не успев среагировать, развернулись (!) и приехали нас забрать. Они ставили отличную (по Мишиным меркам) музыку и просили нас ставить свою, рассказали, что едут в Ловеч покупать автомобильную дверь (что стало отправной точкой для примерно дюжины последовавших за этим фактом шуток), и в конце попросили сфотографироваться вместе (оказалось, что мы – первые в их жизни подобранные автостоперы). Следующим нас подобрал сварщик по имени Кристиан, который ехал домой со смены, увидел нас и решил подвезти до следующего села, но в процессе передумал, выдал "ю ар найс пипол, ай вилл драйв ю" и довёз до самого Леденика, 40км в одну сторону (!!), просто потому что. Каждый день я думаю, что уже устала изумляться доброте встречающихся нам людей, и каждый день задаёт новую планку.

И как-то почти даже закономерно – наши хосты с Couchsurfing оказались НАСТОЛЬКО милыми людьми, что я аж не знала, куда деваться от неловкости и благодарности. Искра и Эмиль отдали в наше распоряжение целый этаж, накормили нас ужином, напоили домашним пивом, угостили клубникой из сада и поболтали с нами на трёх языках сразу (три восклицательных знака всему этому предложению). Она – судья, он – графический дизайнер на пенсии, обожают путешествовать и принимать путешественников у себя; у них двое сыновей, 22 и 27 лет, оба тоже обожают колесить по миру, старший с женой сейчас в кругосветном путешествии, а младший учится в Германии; на семью у них – шесть языков, из хобби, помимо путешествий – садоводство, пивоварение и каучсёрфинг, с помощью которого они приобрели друзей по всему миру и пережили удивительные приключения (например, пару лет назад их женил в ратуше города Ротенбург-об-дер-Таубе их друг, по совместительству новоиспечённый мэр этого самого города, а билеты на самолёт для последнего путешествия в Иран им бронировали на арабском сайте без перевода их иранские знакомые, которых они прежде принимали у себя). Как и с автостопом, мне поначалу тяжело было понять, откуда, зачем и почему такая доброта – мы же для них совсем чужие люди, отчего они принимают нас у себя так душевно, не беря с нас ни копейки? – но после их историй стало яснее. Конечно, у каждого каучсёрфера, будь то хост или гость, своя мотивация и своя история, но я определённо вытянула счастливый билет, попав к ним в качестве своего первого опыта. И уверилась в одном: когда будет своя машина и своя квартира – буду стараться отплачивать другим той же добротой, с которой здесь относились ко мне.Read more